Письмо христианам

Только безумный может сказать, что между христианством и исламом нет принципиальных разногласий. Но только безумный может сказать, что христианство и ислам разделяют бетонные ограждения. У христиан есть много обид на мусульман. У мусульман на христиан - тоже. Но если мы будем все время вспоминать только эти обиды - мы исковеркаем свои души.

Не торопитесь назвать нас экуменистами, мы вовсе не за то, чтобы не видеть нашихразногласий. Но против того, чтобы не видеть родства. Ислам с огромным уважением относится к Иисусу Христу, считает его Мессией, никому из мусульман не дозволено бросать тень на его образ, образы Марии, Иоанна Крестителя. Но мы часто забываем о другом родстве.

Если мусульманин заходит в христианскую церковь - а это для нас тоже Дом Бога, наряду с мечетью – он видит скромно одетых женщин с платочками на головах, и понимает, что это наши сестры. Видя мужчин, которые склоняются в молитве с шапками в руках, мы понимаем, что это наши братья. Мы – и вы, и мы - веруем. Мы не материалисты, которые верят только в то, что можно пощупать руками. Мы верим в Дух, верим в Бога. Мы хотели бы сделать мир вокруг нас духовным и возвышенным. Мы не можем жить и чувствовать покой в мире, где правят шоу-бизнес, вседозволенность, распущенность, безудержный секс, плотские наслаждения. И это нас объединяет. Потому-то мы братья и сестры.

Мы с вами, верующие люди, оказались более консервативными, чем те, что прыгают полуобнаженными на дискотеках, хлещут водку, вкалывают в вены наркотики, те, что сделали проституцию и гомосексуализм девизами современной жизни, те, что походя убивают детей в утробах матерей. Не думайте, что это упрек, но "отсталые мусульмане" меньше тянутся к этим мерзостям, больше остраняются от всего этого, хотя нельзя сказать, что мы ангелы во плоти.

Мусульмане, когда говорят о шариатских законах, не стремятся к обретению четырех жен. Нами движет внутренний протест против безнравственности, которая с помощью сатаны овладевает миром. Вы, уважаемые христиане, - простите за прямоту, - более лояльно относитесь к наступлению этого мрака. Лично отстраняясь от всей этой мерзости, вы полагаете, что это важнее, чем протестовать. Жизнь показывает, что многие люди превратили достойнейший принцип христианства - Любовь к человеку - в толерантное, безразличное отношение к греху, который несут нам черные силы.

Направим же свои души и свой протест против греха, заполонившего наши земли, будем стрелять не друг в друга, а в одну сторону.